Удивление, переходящее в объяснение. Казалось бы, за хищения, совершенные до февраля 2002 года, т.е. до назначения на должность и переезда из Питера в Москву, новый директор ГОПБ отвечать не должна. А кто, скажите на милость, ее в этом упрекает?

Дело в другом: преступным бывает и действие, и бездействие.

Попробую пояснить.

Любой руководитель должен знать, по крайней мере, три исходные позиции: что ему досталось от предшественников и в каком количестве; каковы условия, в которых находится государственное имущество; сколько у него подчиненных и чем они занимаются. На этой основе выстраивается простая логика решений и действий: проводится инвентаризация; оценивается состояние материально-технической базы, инженерных сетей и оборудования; определяется, какой учреждению требуется штат по количеству и профессиональным характеристикам. На основе этого составляется заявка по известным статьям бюджетной классификации: фонд заработной платы, капитальный ремонт, приобретение оборудования и т.д.

Оставим без внимания профессиональные качества И.Б. Цветковой как руководителя. Остановимся только на одном: должностной реакции на то, что в ГОПБ, до ее назначения на должность, происходили кражи.

Логичным было бы ожидать, что руководитель, установив, что именно похищено, обратится в правоохранительные органы с заявлением, обнародует списки и даст описание похищенного, привлечет к проблеме хищений внимание, выступит в СМИ, обратится в Интерпол, таможенные, пограничные и другие службы и т.д. Но – нет ни инвентаризации, ни обращений. Оборот на черном рынке того, что похищено из фондов библиотеки ИМЛ при ЦК КПСС, ничем не ограничен. И сделано это, по всей вероятности, для того, чтобы новые владельцы коллекций спали спокойно…

К слову, к теме возврата похищенного в своих дневниках Б.Н. Горелов обращался не раз. Приведу некоторые выдержки. «Библиотеке, – писал прокурору Москвы еще 20 октября 1996 года Горелов, – не выгодно проводить ревизию потому, что вскроется огромное количество похищенных ценностей». «Сотрудники библиотеки, – утверждает он, – намеренно не хотят установить, что у них похищено».

Рискну предположить, что таким образом оберегают коллекционеров, и не только отечественных, от изъятия украденного и приобретенного ими. Ради этого идут на все – от вранья до подлога. Тут и спиленные дубы, и проломы стен хранилищ, и пожары по вине РГСУ. Университетские коридоры объявляются «анфиладными хранилищами», плетутся небылицы об отсутствии «музейно-охранной зоны», невыносимом пропускном режиме и т.д. и т.п. Если все это не болезнь и не склонность к сутяжничеству, то цель очевидна: подменить реальные проблемы надуманными, избежать инвентаризации, а, значит, и ответственности.

Об отношении директора ГОПБ к проблеме сохранности библиотечного фонда убедительно свидетельствует еще один факт. Некий любознательный читатель обратился к Сводному каталогу редких книг и рукописей. Из него он узнал, что в библиотеке ИМЛ при ЦК КПСС хранилось «Жизнеописание сэра Т. Мора», составленное его родственником Кр. Мором.

Действительно, в каталоге редкой книги ГОПБ обнаружена библиографическая карточка, но получить само «Жизнеописание» не удалось.

Читателя две недели, что называется, водили за нос, после чего посоветовали заказать рукопись в Исторической библиотеке. Читатель, не получивший книгу в ГОПБ, обратился к Министру культуры А.С. Соколову. Казалось бы, чего проще: Министр может попросить директора любой библиотеки показать ему величайшую редкость или поручить Роскультуре выяснить, куда делось «Жизнеописание», если на книжной полке его не оказалось. Однако ответа на свое обращение читатель не получил. Сохранилась рукопись или нет – никто не знает. Или знает, но скрывает? Между тем в Интернете есть сообщение, что упомянутая рукопись выставлена на продажу. По аналогии с тем, что за хищение книг на сумму 202 000 долларов Б.Н. Горелову дали шесть лет, за кражу «Жизнеописания сэра Т. Мора» полагается три года. Если, конечно, срок определяется тем, по какой цене украденная рукопись продается.

Еще пример. В декабре 2005 года финансово-хозяйственную деятельность ГОПБ проверяли инспекторы Счетной палаты Российской Федерации. Попутно решили выборочно проверить сохранность библиотечного фонда: попросили предъявить 116 книг.

Директор ГОПБ нашла 109 книг из 116, объяснив, что 7 (недостача 6%) похищены Гореловым. Данная ложь вошла в Акт проверки. На самом деле шесть из семи книг были похищены Б.Н. Гореловым, но возвращены в ГОПБ следователями МУРа. Седьмую, уже упоминавшуюся рукопись «Жизнеописание сэра Т. Мора», Б.Н. Горелов не похищал. Тем не менее, в Акт Счетной палаты вошло и это вранье…

Итак, директору ГОПБ, И.Б. Цветковой, лично не причастной к хищениям до февраля 2002 года, хотелось бы задать четыре «больных» вопроса, требующих, однако, разъяснения:

- почему не проявляется интерес к установлению того, чем располагает ГОПБ;

- почему нет обращений по поводу похищенного в правоохранительные органы;

- почему не предпринимаются меры по возврату в Библиотеку утраченного;

- почему все чудовищные по своим размерам кражи и утраты усилиями директора ГОПБ превращаются в карликовые.

Первоначально мне казалось, что исходящие из ГОПБ вымыслы и передергивание – все это примитивная ложь. Теперь я думаю иначе: И.Б. Цветкова не только врет: она обосновывает свою позицию. А позиция прикрывает ее интересы. И в этом – разгадка: ее личные интересы не совпадают с должностными обязанностями. Например, директор ГОПБ обязан проводить инвентаризацию, а И.Б. Цветкова запутывает учет; директор должен стремиться к росту количества читателей, а И.Б. Цветкова убеждена: нет читателей, нет проблем; директор ГОПБ заинтересован в сотрудничестве с образовательными учреждениями, а И.Б. Цветкова стремится доказать, что Библиотека и Университет – несовместимы.

Все это – бесконечный ряд вранья, вымыслов, передергивания. При содействии других фигур и фигурантов этот ВВП растет не по дням, а по часам… Логичное объяснение тому одно: по всей вероятности, И.Б.Цветкову перевели из Питера в Москву для того, чтобы замести следы. И те, кто это сделал, оказывают ей должностное содействие. Закрывая при этом глаза на ее многочисленные финансово-хозяйственные «шалости».

Ключевую роль в назначении И.Б. Цветковой на должность директора ГОПБ сыграл Е.И. Кузьмин.